карта
Тебекин Алексей Васильевич, Директор Центра исследования проблем развития экономики Международного университета в Москве, доктор технических наук, доктор экономических наук, профессор, почетный работник науки и техники Российской Федерации
По данным компании Ipsos Comcon, входящей в состав международной компании Ipsos Group, занимающей третье место в мире по объему проводимых маркетинговых исследований и имеющей офисы в 87 странах мира, благосостояние российских граждан ухудшается.
Согласно этому исследованию доля россиян, которые оценивают свое финансовое положение выше среднего составляет в 2016 году всего 10%. Последний раз такой низкий показатель был в кризисном 2009 году.
Соответственно оценили свое финансовое положение ниже среднего 21% россиян. Этот показатель близок к показателю 2009 года (23%).
В качестве меры текущего кризиса специалисты IPSOS рассматривают увеличение расходов семей на продовольствие и услуги ЖКХ. Если в 2013 году доля семей, которые тратили больше половины своих доходов на еду и услуги ЖКХ составляла 50%, то в первом полугодии 2016 года доля таких семей составила 63%. Для сравнения в 2009 году доля таких семей составляла 55%.
Надо отметить, что эта динамика плохо коррелирует с прогнозом Минэкономразвития, согласно которому в 2017-2018 гг. по мере роста денежных доходов населения и восстановления потребительской уверенности постепенно произойдет отход населения от сберегательной модели поведения.
К слову предсказания роста денежных доходов населения Минэкономразвития плохо согласуются с другими прогнозами того же ведомства.
Напомним, что Минэкономразвития РФ ухудшило прогноз спада ВВП России на 2016 год с 0,2% до 0,6%, одновременно снизив прогноз роста отечественной экономики на 2017−2019 годы.
С одной стороны, руководство Минтруда обещает увеличить зарплаты бюджетников в 2017 году, поскольку, как выразился Максим Томилин: «указы надо выполнять».
Приоритет выплаты зарплаты перед другими выплатами действительно обозначен руководством страны.
Но есть и другая сторона.
Во-первых, Минфин предупредил, что без реформ к концу 2017 года не будет ни резервов, ни возможности выплачивать зарплаты бюджетникам, поскольку бюджетная сфера – «главный внутренний вызов». Именно такое заявление сделала в середине 2016 года первый замминистра финансов Татьяна Нестеренко.
Основания для такого опасения действительно есть, поскольку за первую половину 2016 года запасы, находящиеся в Резервном фонде, сократились примерно на треть.
Во-вторых, Минфин, обходя множество доступных для него финансовых инструментов (в частности, внутренних займов, закономерно превалирующих над внешними в период санкций), упорно настаивает на увеличении пенсионного возраста.
Очевидно, что стремление увеличить пенсионный возраст связано не с нехваткой трудовых ресурсов. Число безработных мужчин в России в возрасте 60-64 лет за последнее десятилетие выросло на 108%, а женщин в возрасте 55-59 лет – на 8%. И это при том, что общая численность рабочей силы за этот же период сократилась на 1%.
Речь, разумеется, идет о сокращении объема пенсионных выплат, то есть о сокращении бюджетных расходов из соответствующего внебюджетного фонда, к деятельности которого давно уже накопилась масса вопросов.
В-третьих, в то время как правительство же озабочено, в первую очередь, тем, где взять деньги, чтобы выполнить полученные поручения и бюджетные обязательства, сторонники различных моделей реформ в отечественной экономике чаще всего сваливаются к призыву одни — провести денежную эмиссию, другие — ни в коем случае не допустить увеличение скорости работы печатного станка.
В то же время, совершенно очевидно, что при нынешних кредитных и налоговых условиях, никакая денежная эмиссия не сработает в позитив.
Другое дело, что комплекс монетарных мер, который находится в введении того же Минфина, в случае его фокусировки на производства, направленные в условиях санкций на удовлетворение внутреннего спроса, вполне способен обеспечить эффективное стимулирование роста национальной экономики. Но, как известно, Минфин предпочитает лоббировать идею увеличения всех налогов.
Говоря о комплексе инструментов, способных обеспечить рост национальной экономики необходимо выделить следующие.
Первое — снижение процентной ставки ЦБ. Причем существенное (на несколько процентов), а не символическое.
Конечно, можно говорить о том, что сегодняшние 10,0% годовых это существенно меньше, чем 17% в декабре 2014 — январе 2015 годов (хотя мы помним, что это было связано с обвалом рубля именно ЦБ).
Но это и не 5,5%, которые были на рубеже 2013-2014 годов. И уж тем более не 0,25% как в США, не 0,00% как в Еврозоне, и не минус 0,10% как в Японии.
Второе – это более мягкая денежно-кредитная политика государства.
Третье – это существенное изменение системы госзакупок. И речь идет не только об усилении тенденций импортозамещения, но и об отказе от имитации конкуренции в системе госзакупок по крупным заказам, а также об увеличении сумм заказов, проводимых без сложных, долгих, а по сему не оправданных закупочных процедур, не просто значительно увеличивающих период оборота средств, а зачастую делающих закупки малоэффективными (дорога ложка к обеду).
Отказ от исключительной поддержки в госзакупках федеральных и региональных монополий, а напротив — предоставление государственных заказов широкому спектру исполнителей обеспечит реальную конкуренцию, повышающую качество и снижающее цены на товары, работы и услуги.
В результате:
— возрастет предпринимательская уверенность,
— увеличатся налоговые поступления в бюджет,
— вырастет покупательная способность населения.
И не надо будет ломать голову о дележке Резервного Фонда. Пусть он спокойно находится в резерве. Еще пригодится.