Под таким заголовком вышла статья издания Ридус, посвящённая глубинным процессам в нотариате России.

Речь идет о выборах главы Московской нотариальной палаты (МГНП). Последние восемь лет ее возглавляет Константин Корсик. Пять лет он же управляет Федеральной нотариальной палатой (ФНП). По мнению отдельных представителей нотариата, за это время своими действиями Корсик сумел обеспечить себе пост фактически бессменного лидера.

Обычные люди с нотариусами сталкиваются достаточно редко. Оформление наследства, справок для получения ипотеки, сделок с недвижимостью да всевозможных доверенностей — эти процедуры обывателям приходится проходить далеко не каждый день.

Почти ничего россияне не знают и о самих нотариусах, чему весьма способствует закрытость этой структуры. Больше всего она напоминает средневековую гильдию, члены которой жестко блюдут свои секреты и стараются не допускать в нее чужаков.

Количество нотариусов в России строго регламентировано. На Москву, например, их 700 человек. На всю страну приходится около восьми тысяч. Попасть в систему «человеку с улицы» практически невозможно: чаще всего должности нотариусов передаются по наследству.

Понятное дело, самих нотариусов эта закрытость системы полностью устраивает: меньше конкуренции, больше работы и денег, вот только с недавних пор «нотариальная гильдия» стала еще более закрытой.

В 2014 году в результате очередных выборов ФНП возглавил руководитель Московской нотариальной палаты, бывший военный прокурор Константин Корсик. С тех пор, по словам отдельных нотариусов, ситуация изменилась кардинально, и теперь ФНП уже напоминает не столько гильдию, сколько другую закрытую организацию — «Unione Corse», корсиканский союз.

Если раньше на ключевые посты вставали представители системы, обладающие серьезным нотариальным опытом, то сегодня профессионализм не является необходимым требованием, чтобы попасть на руководящие должности, личные связи с главой ФНП имеют определяющее значение.

Более того, 25 апреля 2017 года господин Корсик изменил устав федеральной и московской городской нотариальных палат. Срок полномочий президента увеличился на два года (семь лет вместо пяти), а ограничение на занятие поста в два срока исчезло.

«Устав был приведен в соответствие с действующим законодательством. Поскольку теперь мы не ассоциация, а отдельная организационно-правовая форма, было снято ограничение по количеству сроков пребывания в правлении. Такое ограничение было принято лет пять назад, но в 26-й статье Основ записана четкая формулировка, что право нотариуса участвовать в органах палаты не может быть ограничено уставом, то есть мы в данном случае убрали это противоречие», — заявлял два года назад Константин Корсик в беседе с «Лентой.ру».

Представители нотариата же заявляют, что эти изменения вкупе с «нужными» людьми на ключевых постах фактически обеспечили главе ФНП пост бессменного лидера сразу двух нотариальных палат.

С таким порядком готовы мириться не все нотариусы. Так, «сломать систему» в нотариальной палате Московской области (МоНП) попытался нотариус Коломенского нотариального округа Сергей Мурыгин.

Так, палаты Нижегородской, Воронежской и Ленинградской областей, Камчатского и Хабаровского края финансовую отчетность не публикуют вообще. Чеченская нотариальная палата не публикует отчетов о целевом использовании полученных средств, поэтому данные о членских взносах в республике и их использовании — тайна за семью печатями.

Согласно российскому законодательству, под критерии обязательного аудита попадают 15 региональных палат, те — у кого сумма активов превышает 60 миллионов рублей. Таковых в России — пятнадцать, причем отчеты о движении денежных средств публикуют лишь 4 из них. Члены этих региональных палат платят ежегодные членские взносы в размере 1 миллиард 509 миллионов 706 тысяч рублей. Это — меньше половины совокупного объема членских взносов. Оставшиеся 62 региональные палаты аудит не проходят, таким образом в тени остается движение 53% совокупного объема членских взносов. Это — 1 миллиард 671 миллион 676 тысяч рублей.

Сорок из семидесяти семи региональных нотариальных палат в 2017 году решили исправить «косяки» в отчетностях за прошлые периоды. Нераспределенная прибыль на конец года по этим палатам не равна арифметической сумме нераспределенной прибыли на начало года, прибыли за период и суммы использования прибыли на нужды целевой деятельности.

«Это свидетельствует о внесении правок в финансовую отчетность в отношении прошлых лет, которые не отражаются в отчете о целевом использовании средств и отчете о финансовых результатах», — объясняет данный момент аудитор Федор Кацапалов.

В шести региональных палатах неверно рассчитаны бухгалтерские итоги по балансу: сумма статей всех активов не равна сумме статей всех пассивов, хотя общий итог по строкам «итого активы» и «итого пассивы» одинаков.

Любопытное совпадение: эти проблемы с отчетностью начались с 2014 года, то есть после избрания господина Корсика президентом ФНП. Например, еще в 2013 году те региональные палаты, которые не публикуют сегодня отчетность, тогда ее публиковали.

Если же залезть в деятельность подконтрольных ФНП фондов и организаций, можно найти и кучу других более мелких, но не менее интересных подробностей. Например, серверное оборудование Единой Информационной Системы (ЕИС) находится в собственности Фонда развития инноваций, а программное обеспечение, на качество которого, кстати, много нареканий, принадлежит уже ФНП. Такой простой ход делает полностью непрозрачным учет расходов на ЕИС.

«Первый вопрос, который у меня возник, когда я увидела эти цифры, — это как минюст собирается проверять деятельность благотворительных фондов, число которых стремиться к бесконечности, если не в состоянии проконтролировать полноту и достоверность публичных отчетов нотариальных палат? , — говорит эксперт в сфере мошенничества в благотворительности Светлана Машистова. — Если из 79 палат, отчетность которых вообще удалось найти в открытом доступе, только у 15 она соответствует критериям обязательного аудита, это не может не вызывать вопросы к контролирующим органам. Арифметические ошибки в балансах недопустимы и вызывает удивление, что нотариальные палаты смогли их в таком виде сдать куда бы то ни было».

Удивление эксперта понятно, тем более что нотариат отчитывается по тем же формам, что и НКО, вот только сравнить нотариальные палаты с мошенниками от благотворительности не совсем корректно: механизмов для контроля деятельности нотариусов куда меньше.

ФНП неподконтрольна в расходовании средств, формируемых за счет уплаты нотариусами членских взносов, у Минюста нет полномочий регулировать финансовую деятельность Федеральной нотариальной палаты, Счетная палата не проводит аудит финансовой деятельности ФНП, так как она не финансируется государством и так далее.

Публикуется с сокращениями. Полная статья тут:  https://www.ridus.ru/news/301553